Она, последний социалист всё ещё оставшийся, что называется, "у власти". Атакованная Кабинетом министров, которые принял постановление об отстранении её с должности главы Фонда государственного имущества, Валентина Семенюк-Самсоненко не сдаётся. 

В интервью она с точностью до минуты рассказывает, о том, когда и как заручилась поддержкой президента. Семенюк-Самсоненко также говорит о невозможности возникновения ситуации "двоевластия" вокруг Фонда госимущества и отвечает на выпады оппонентов. А ещё человек, которого уже несколько лет ассоциируют со словом "приватизация" делится своим мнением о продаже Одесского припортового завода. 

По словам Семенюк-Самсоненко, уже через полгода этот объект будет стоить вчетверо дороже "Криворожстали" - 20 миллиардов долларов. 

Как Вы оцениваете ситуацию, которая сложилась вокруг Фонда государственного имущества?

Это попытка захвата абсолютной власти партией БЮТ. Фонд государственного имущества Украины это, как раз та институция, от которой сегодня зависит: пойдём ли мы на массовую распродажу имущества под обещания Юлии Владимировны или же действительно ФГИ будет институцией, которая будет и дальше развивать не только механизм эффективной приватизации, но в первую очередь и эффективного управления. Добиться этого можно с помощью арендных и корпоративных отношений. Я всегда говорила о том, что частный сектор не должен доминировать над государственным. Здесь должен быть заложен принцип паритетности. А Юлии Владимировне сегодня нужно продать прибыльные объекты, я обращаю внимание на слово "прибыльные", чтобы закрыть бюджетные дыры, которые появились как следствие её деятельности.

Ситуация двоевластия в Фонде государственного имущества, она в принципе возможна?

Нет и нет! Во-первых, сегодня двоевластия нет. Юридический адрес Фонда государственного имущества Украины – Кутузова 189, регистрационные документы, свидетельство о регистрации и все документы, включая издательство газеты, всё это находится здесь. Все печати, все документы находятся в Фонде государственного имущества.

А вот у Ваших оппонентов несколько другой взгляд на вещи. Вот, к примеру, Андрей Портнов, который по версии Кабинета министров является исполняющим обязанности главы ФГИ, утверждает, что у него есть все, для того чтобы руководить фондом. Он заявляет о наличии у него печати фонда, и доступа к валютным и гривневым счетам…

Да он же сам везде заявлял, что его подпись будет скрепляться печатью КМУ! И подтвердил, что именно Фонд вернул залог структуре, желающей принять участь в конкурсе по ОПЗ. Да…

Это называется: "Хвали мене, моя губонька". Я вам могу показать бумагу от Луценко (Юрий Луценко, министр внутренних дел Украины - АМИ), где чётко обозначено, что нет никаких правовых оснований для того, чтобы делать второй комплект печатей.

Одесский припортовый завод. По мнению одного из Ваших предшественников на посту главы Фонда госимущества Александра Бондаря, продавать этот объект необходимо, как можно скорее, так как при очередном повышении цены на газ предприятие рискует стать убыточным. Вы согласны с таким мнением? По-Вашему мнению ОПЗ нужно продавать? И если да, то, как именно? Со всеми его сооружениями – спутниками типа аммиакопровода или так называемой "перевалки", или без неё?

За первый квартал этого года Одесский припортовый нарастил свою мощность и достиг прибыльности в 1,7 раза выше, чем за аналогичный период предыдущего года. Цена на газ поднялась, но это не помешало подняться и прибыльности. Цена на газ не является решающим фактором. Решающим фактором является спрос на продукцию. Сегодня на аммиак и на ту продукцию, которая вырабатывается на ОПЗ колоссальный спрос во всём мире. И каковой цена на газ бы не стала, ОПЗ будет прибыльным. Ведь и цена на продукцию растёт в соответствии с ростом цены на газ. И я против включения Одесского припортового в приватизацию вместе с "перевалкой" (комплекс ОПЗ по перевалке аммиака – АМИ). И кстати президент дважды накладывал на это вето именно по той причине, что "перевалка" не должна входить в приватизацию. Моя позиция базируется на том, что вещи могут обстоят следующим образом: завод изготовляет продукцию, а "перевалка", которая служит предприятиям, в том числе и Российской Федерации, я имею в виду аммиакопровод Тольятти (аммиакопровод Одесса – Тольятти - АМИ) будет находится в других руках. Я бы сказала, что это, по сути, передача производственного ключа коммерческой структуре, собственнику, который будет регулировать сегодня отношения и экономические, и производственные. То есть, если отдать эти полномочия кому-то иному, то зачем тогда президент? Поэтому "перевалка" должна быть отдельно от ОПЗ при приватизации.

Вы вспомнили президента. А Вы согласны с утверждением, что президент дружит с Вами против Тимошенко?

Я бы не хотела такое утверждение поддерживать. Я могу сказать одно: мне, как социалисту, быть в либеральной власти очень сложно. Но сегодня президент, и это для меня очень приятно, стал не на мою сторону, а на сторону буквы закона.

Но то, что президент, по-Вашим словам стоя на страже буквы закона, протянул Вам руку помощи это факт. А как это технически выглядело? Президент позвонил Вам? Что он сказал?

Президент мне позвонил, когда Кабинетом министров было принято постановление о моём отстранении от должности. Я хорошо помню, что было ровно 14 часов 10 минут, я набрала приёмную президента, чтобы поставить его в известность. Мне сказали, что "мы передадим, что вы звонили, а президент сейчас на каком-то совещании". И буквально через десять минут президент набрал меня, и я с ним поговорила. И первая фраза его была: "Валентина Петровна, я знаю, что Вы боец, Вы всегда стояли и стоите на букве закона. Вы выстоите?". Я сказала: "Виктор Андреевич, можете в этом не сомневаться".

Но вернёмся к теме инициирования Вашей отставки Кабмином. Я ещё один раз позволю себе сослаться на одного из Ваших предшественников Александра Бондаря. Он заявляет, что Вы не уходите, по той причине, что Вам просто-напросто не хочется оставлять своё кресло? Вы боитесь его потерять?

Нет. Я Вам могу сказать одно: когда его назначали, то его поддержали социалисты, а когда его "снимали", то именно социалисты не голосовали за его увольнение. Не так давно именно Бондарь советовал мне, какбороться с незаконными поручениями Тимошенко. Но я понимаю, что это такая…мужская ревность. Я могу сказать одно, что я не просилась в это кресло, и я не держусь за него. Но я прекрасно понимаю, что в Верховной Раде мешали социалисты. Говорили, что мы предатели. А теперь пускай смотрят, кто предатели. Социалисты в парламенте уже ведь не мешают… Сейчас осталась одна Семенюк, что называется "у власти". И если я сейчас не напишу акт приёма-передачи, то на меня повесят всех собак. Я уйду. Но, сначала, примите закон, выполните процедуру и напишите акт приёма-передачи о том, что когда я пришла никакого реестра государственного имущества не было, я его сделала. И сейчас могу вам сказать: имущества у нас столько-то, в аренде столько-то, на счету столько-то денег, вот такие-то документы я передаю. Если всего этого не будет сделано, то это будет и далее "махновщина", которая есть сегодня в Украине, только она другим словом называется.

Каким?

"Тимошенковщина". 

Указ президента "О мерах по обеспечению надлежащего функционирования Фонда государственного имущества Украины". Что этот документ даст ФГИ? 

Я считаю, что благодаря указу национальное имущество будет лучше защищено. И это даст в дальнейшем возможность более эффективно управлять этим активами. 

Кроме ОПЗ, в Украине ещё есть объекты, которые можно успеть подготовить к продаже и получить деньги до конца этого года, таким образом, выполнив бюджет? 

Если жить по принципу: выгодно продам и съем, то такие объекты ещё есть, включая помещение Кабмина. А нужно руководствоваться законом, а значит следовать принципу, что цель приватизации – это поиск эффективного собственника, чтобы это предприятие эффективно управлялось. Но если у нас сегодня государство есть эффективным собственником ОПЗ и других объектов, и их хотят во что бы то ни стало продать, то у меня возникает вопрос: разве это не нарушение закона? Но и ещё есть один важный момент. Это, то, что объект пытаются продать именно в тот момент, когда происходит падение на фондовом рынке. 

Как специалист, оцените, сколько может стоить Одесский припортовый в случае его продажи? 

Через шесть – восемь месяцев он мог бы стоить не менее 15-20 миллиардов долларов. 

За счёт чего такая высокая цена? 

За счёт того, что сегодня цена на продукцию в мире данного объекта является очень высокой. И второе, это то, что сегодня за рубежом очень много "освобождённых" средств из-за большого падения на фондового рынка.

Виталий Ермак, Киев

Версия для печати