Я долго ждал этого кризиса, о котором все уже написали. Кризис так и не наступил, и поэтому мне уже просто ничего не остается, как что-нибудь о нем написать.

С другой стороны, хоть кризис так и не наступил, нельзя сказать, что его нет. Вот такая вот схоластическая конструкция, прости господи... Начнем, пожалуй, вот с чего. Вспомним кризис 98-го года. Нас он почти не задел, но этого "почти" хватило бы сегодня с лихвой. Из заметных проявлений того кризиса вспомним девальвацию гривни в два раза (чик – и денюшка в два раза меньше, за один день) и подорожание бензина раза в три. Тоже за один день. Помню, что отпускники, отправившиеся в Крым на машинах, не могли оттуда уехать. Элементарно денег на бензин не было. И что? Да ничего. Никто и не переживал особенно. Все привыкли к лихим 90-м. Сегодня же умные люди пишут статьи, как правильно солить спички, где достать винтовку, как рыть замлянки и добывать нефть на огороде. И при этом ничего особенного, хотя бы на уровне 98-го, не происходит.

И вот, что я скажу. Это просто замечательно. Ведь ожидание Страшного, Ужасного, Некрасивого, Неинтеллигентного профессора Мориарти...тьху...кризиса дает нам повод, а главное – прямую заинтересованность читателей и писателей в том, чтобы разобраться, что же происходит и подумать, что из этого выйдет.

Чужой кризис

Ну что ж, приступим. Для начала отделим важные вещи от неважных. А именно – свой кризис от чужого. Чужой кризис, видимо, придется объяснить, чтобы понять, где же притаился свой. Так вот. Сначала Земля была горячей... Нет, не так. Когда-то давно торговля открыла такую штуку, как деньги. Деньги были открыты потому, что нужна была универсальная "мера вещей". Такая мера и была найдена в золоте, а мерой оно стало потому, что имело важное свойство – редкость. То есть золота было мало, на огороде оно не росло, и потому стало использоваться в качестве меры стоимости и так далее. Золото превратилось в деньги – монеты, стоимость которых была равна стоимости драгоценного металла, из которого они состояли. Затем, видимо, в той же торговле возникла идея давать деньги в долг. Дескать, ты меня знаешь, я тебя знаю, я собираюсь поехать в город Н и купить там товар, который продам у нас, получу прибыль и отдам тебе. Взамен долга взималась расписка с обещанием вернуть с процентом. Потом дача денег в долг стала бизнесом и, что важно, дача денег совместилась с их "брачей". То есть я беру у вас деньги (золото) на хранение, выдаю эти деньги другим людям в кредит, получаю от них навар и даже приплачиваю вам немного за то, что вы свои деньги храните у меня. Отметим, что во всех этих операциях уже фигурируют финансовые инструменты – расписки. Эти расписки сами по себе покупаются-продаются, выдаются расписки на расписки, а купцы часто просто погашают взаимные обязательства, не прибегая к помощи золота. Такого рода механизмы позволяют сильно оживить экономику. На бирже в Амстердаме где-то в веке 17-м запросто продается урожай винограда будущего года в Испании.

Но вернемся к нашим банкирам. Ростовщическая лавка превращается в настоящий полновесный банк тогда, когда хозяин такой лавки понимает, что он может выдавать разного рода финансовых обязательств на сумму больше, чем у него есть золота. Это понимание возникает и от того, что разные вексели-шмексели, которые он выдает, уже давно живут какой-то собственной, отдельной от золота жизнью, меняясь друг на друга и на товар. Замечательная мысль о том, что все владельцы выданных тем или иным банком ценных бумаг ну никак не заявятся в одно и то же время требовать золота по своим векселям, и составляет основу всей современной банковской системы. Со временем эта практика стала легальной, нынче о ней знают и кредиторы, и заемщики банка.

Теперь нам нужно сделать следующий важный шаг. Как, думаю, всем известно: государство – это я. Ну не то, чтобы я, а Людовик-по-моему-14-й. Он-то – точно государство. Иначе говоря, наличие замечательных финансовых институтов (банков) и финансовых инструментов (векселей-шмекселей) заставило правительство обратить на них внимание. У любого государства, как нам теперь доподлинно известно, всегда и везде существуют проблемы с деньгами. Там, где оно к тому же "я" (ну, вы поняли), таких проблем вообще море. Поэтому у разных авантюристов типа Джона Лоу появляется идея создания финансового учерждения, работающего непосредственно под гарантии короны. Не вдаваясь в подробности операций самого Джона Лоу и ему подобных, отметим, что схема в общем виде такова. Учреждение выпускает ценные бумаги под гарантии короны. Гарантия состоит, конечно же, не в королевском золоте, в которое не поверит ни один уважающий себя кредитор, гарантия, по сути, состоит в том факте, что корона имеет монополию на сбор налогов с трудящегося, то есть всегда какая-то денюжка короне капает. Да, да, любители СССР, прослезитесь, "этот денежный билет обеспечивается всем достоянием" и далее по тексту – это приблизительно из той же оперы, хотя есть и существенные отличия. Так вот, несмотря на то, что сам Джон Лоу потерпел фиаско, идея прижилась. Появились банки, монопольно эмитирующие ценные бумаги от имени государства. Преимущество таких бумаг перед бумагами других банков очевидно – банк может разориться и его бумага тогда ничего стоить не будет, а вот государство разориться не может. Остальным банкам даже становится выгодно хранить резервы не только в золоте, но и в ценных бумагах государства. Со временем парламенты отобрали у исполнительной власти право распоряжаться государственными банками-эмитентами – так было значительно надежнее. Это и стало началом современной денежной системы, так и возникли те знакомые всем нам купюры – по сути, обязательства наших национальных банков.

Ну и теперь, если вы не уснули, мы подходим, собственно к кризису. Появление национальных банков привело, в итоге, к хронической инфляции. Причина очевидна – государство всегда заинтересовано выпустить денег чуть-чуть (ну, совсем немножко) больше, чем это необходимо. У государства всегда есть очень веские причины на это. Учитывая тот факт, что оно же обладает монополией на выпуск денег, нетрудно догадаться, что даже контроль парламента не может остановить этот процесс.

Напомним, финансовые инструменты тоже не стояли на месте. Сегодня существуют, наверное, тысячи видов разного рода обязательств. Но, по сути, это все – виды расписок на расписки на расписки на расписки и т.д. Все это добро продается и покупается, на нем спекулируют, его покупают в качестве активов банки и т.д. и т.п. Не знаю, существуют ли исследования, связывающие спекулятивность финансовых инструментов с инфляцией, но нетрудно догадаться, что зависимость между ними существует. Замысловатые финансовые инструменты и спекуляции с ними являются способом не только заработать, но и сохранить заработанное, то есть минимизировать потери, связанные с деятельностью национальных банков.

Теперь представим, что в этой сложной системе, напоминающей перевернутую пирамиду, в основании которой – национальный банк со своей валютой, случилось некое потрясение. Например, произошла та ситуация, о которой было сказано в начале: "Мы-то думали, что все сразу не придут за своим золотом, а они взяли и пришли". При этом, чем по более "тонкому" финансовому инструменту вы хотите получить обязательства, тем, видимо, большую волну это вызывает. Заметим, что каждый сорт таких обязательств имеет свой рынок и часто связан с "реальным" сектором, пример – ипотека. С одной стороны, это придает финансовой системе гибкость, с другой – делает ее неустойчивой, если случается что-то серьезное на каком то рынке – может "полететь" вся система. Существует гипотеза, что нынешний кризис связан с деньгами беби-бумеров, то есть, поколения, родившегося после войны и выходящего сегодня на пенсию. Особенность этого поколения в том, что оно появилось в достаточно короткий временной период – сами понимаете, война закончилась, boys come home и давай сразу же делать детей. Эта поколение, одновременно пошло в школу, одновременно пошло в колледж, устроило революцию конца 60-х, придумало рок-музыку и вот теперь, опять-таки, одновременно выходит на пенсию. Беби-бумеры держали средства в разного рода ценных бумагах (напомню, чтобы избежать инфляции), а теперь начали их обналичивать – пора бы и отдохнуть, мир повидать и т.п. Ну, вот вам та самая ситуация – все пришли за своим золотом, которого-то и нет. Это, разумеется, гипотеза, но что бы там ни было (а скорее, как всегда, кризис – совпадение многих факторов), механика примерно такова.

Теперь товарищ Обама, следуя заветам товарища Буша, собирается вбросить в экономику 700 миллиардов, чтобы погасить обязательства. Куда придется этот удар? Правильно – удар придется в национальную валюту. В доллар. Инфляция породила кризис и тот породит новую инфляцию.

В заключение о долларе. Если нет золотого эквивалента, то что же стоят деньги? Сегодня деньги стоят только готовность их принять. Иначе говоря, деньги – это овеществленное доверие. Странные люди иногда любят порассуждать о "бумажках", которыми якобы является доллар, и пофантазировать на тему, что будет, когда все придут со своими долларами и потребуют что-то взамен. А ничего не будет. Самой такой ситуации не будет. По крайней мере, пока. Доллар потому доллар, что за ним стоит политическая и экономическая машина США, которой доверяют. Огромный государственный долг США существует только потому, что кредиторы американского правительства, в том числе и иностранные, понимают, что получение небольших девидендов лучше их отсутствия. Чтобы мечты о долларах-бумажках стали явью, правительство США должно упорно потрудиться не один год, чтобы разрушить доверие, накопленное за все предыдущее время, и вопрос, дадут ли ему это сделать, пока остается открытым.

Так вот – хочу вас спросить – где во всей этой истории Украина?

Наш кризис

Из серьезных факторов, которые указывают в качестве причин нашего кризиса, можно назвать два: падение спроса на отечественные железяки и разного рода химию и увеличение внешнего долга, вызванного, в том числе, и "кредитным бумом". Ни один, ни другой фактор не кажутся мне серьезными. То есть, да, безработица (еще не наступила), да, нагрузка на бюджет (тоже пока не видать), но проблемы металлургии не имеют прямой связи с нынешним кризисом, а, скорее, связаны с качеством менеджмента и, как следствие, с потерей рынков сбыта. Что до кредитов, которые набрали банки за рубежом и которые пошли в потребительский сектор и закупку импорта – ну и что? Продлилась бы ситуация дальше, деньги попали бы и в столь любимый многими "реальный" сектор. Те же стройки (куда уж реальнее) питались этими же деньгами, дошло бы дело и до более серьезных предприятий. Что до государственного долга – ну так с момента появления национальных банков все, кто одалживает деньги государствам, знают, с кем имеют дело. Государственные долги – в зависимости от "качества" государства – неотъемлемая часть "финансового портфеля" – то ли в качестве надежных, то ли в качестве рискованых бумаг. Кредиторы в курсе, что у государства всегда найдется миллион способов их обмануть. Так что не будем переоценивать этот фактор. За всеми разговорами о нашем кризисе и, особенно, за осуждением "потреблядства" как-то пропадает действительно важная вещь. А именно: наш кризис имеет заслуженные, давние причины, но почему-то обострился он именно сейчас.

Действительно, именно сейчас начались скачки доллара, сворачивание кредитования банками, сокращение шататов предприятий, сворачивание инвестиционных и, прежде всего, инновационных (ну это, как всегда, превед, менталитед!) программ.

Возникает вопрос: неужели это только сейчас "рванули" государственный долг и снижение доходов от продажи железяк? Да нет, не похоже. Истерика и паника были по поводу именно американского кризиса, правительство отчаянно заседало, писало самому себе предложения, парламент мудро их рассматривал – все были при деле, все участвовали в спасении Родины.

От чего же спасали Родину-то? Вот это и есть главный вопрос. Коль скоро американский кризис нам – что мертвому припарки, а свой, родимый, мил, привычен и не сильно-то суров, то следует предположить, что в украинской экономике существует некий Фактор Х, вокруг которого, собственно, и происходит все это нешуточное движение.

Этот Фактор Х достаточно легко вычисляется, если мы подумаем над вот какими очевидными вещами. Возьмем, к примеру, импорт, который только в воспаленном мозгу чиновника или журналиста может быть назван "дешевым", поскольку все знают, что импортные товары, которые тут продаются, дороже в разы своих оригиналов не то что в странах-производителях, а просто в соседних государствах, которые их тоже импортируют. То есть понятно, что количество "разов" засисит от группы товара, но тем не менее. Если даже "за шмотками" теперь проще ездить заграницу, то о каком "дешевом" импорте вы тут рассказываете? Я пока ничего не говорю о том, хорошо это само по себе или плохо. Я говорю о другом: высокая цена – это всегда и везде сигнал делать такое же, но дешевле. Делают? Нет. Если делают – то плохо. И, что удивительно, дорого. Идем дальше. За радостью по поводу кризиса "потреблядства" никому почему-то в голову не приходит простая мысль о невероятных условиях кредитов, которые это "потреблядство" стимулируют. Почему-то считается, что кредиты раздавали чуть ли не "на шару". Да, конечно же, нет! Проценты (явные и замаскированные) по кредитам были "по самое не хочу". Отсюда следующий вопрос, точнее, сразу два. Что заставляет банки лупить такие проценты и почему они предпочитают кредитовать торговлю тем же импортом, а не собственное производство?

Здесь можно приводить множество примеров, я просто остановился на актуальных, тех, о которых говорят теперь в связи с кризисом. Вообще говоря, для тех, кто понимает, в чем фишка, я бы мог ограничиться одной фразой: "Люди! Здесь даже товарной биржи нет!!!"

Я думаю, все уже догадались, о чем идет речь. Фактор Х называется недоверие. Вызывается он деятельностью нашего государства и теми правилами, которые предприниматели и шире – общество – считает нормальными. Ведь понятно же, почему не дают кредиты на производство. Потому что знают, что организация производства зависит не от перспективности товара и менеджерских качеств организаторов, а от "добра" власть имущих. В отличие от торговли, дело это долгое и хлопотное, мало ли что может случиться... Понятно, почему лупят заоблачные проценты по кредиту – нужны деньги на новые кредиты, а то... мало ли что может случиться. Все знают, что государство рассматривает любую активность как источник дохода, прежде всего, для себя, любимого, для своих чиновников, их родственников, друзей и кумовей. В конце концов, не забывайте, что открыть предприятие здесь еще можно, а вот закрыть... мало ли что может случиться....

Теперь, учитывая Фактор Х, посмотрим на нашу историю с кризисом, которого нет и который все-таки есть. Что-то где-то бамкнуло в Штатах. Разбираться времени нет, да и смысла нет, потому что сразу ясно, что все равно нас обманывают. Точно так же, сразу понятно, что если в Штатах – значит серьезно. Поэтому первое, что нужно сделать (мы же не верим, что наши в состоянии предпринять что-то разумное), – капитализировать все, что есть. Мало ли, что может случиться. Эту замечательную картину мы и наблюдаем сегодня. Все предприятия, независимо от рода деятельности, капитализировали все что могли и теперь сидят на мешках с деньгами, аки павуки, перебирая лапками и злобно поглядывая друг на друга. Содержание нашего кризиса состоит в сворачивании деловой активности. Его причина – в недоверии. Вспомним начало этой статьи, где говорилось о кризисе 98-го и о том, что тогда никто особенно не пугался. Видать, многое изменилось с тех пор, если теперь так пугаются.

Вообще говоря, я бы на месте правительства, наблюдающего за тем, как субъекты рынка бросаются спасаться, кто может, услышав неожиданный хлопок в ладоши, сделал бы сеппуку. Ведь такое поведение субъектов рынка означает не просто недоверие, а катастрофическое недоверие. (Хотя нет – проще все-таки застрелиться, как-то оно гигиеничнее.) Впрочем, не будем требовать от правительства излишнего благородства. В конце концов, над этим результатом оно трудилось долгих 18 лет. Нет, вы посмотрите – хлопаем в ладоши и они сразу разбегаются, как тараканы!!! Не у каждого такое получится.

Собственно, претензии к правительству (говоря точнее – к государству) здесь совершенно не нужны. Нужно просто понимать, что все те мероприятия, которые они там напланировали "в целях борьбы с кризизом" не стоят и гроша, потому что такие мероприятия, чтобы быть эффективными, должны быть направлены на борьбу... с самим собой. Спасать Родину им следовало бы от самих себя.

Гораздо интереснее предложения людей, скажем так, не совсем заангажированных или совсем незаангажированных. Интересны они тем, что мало чем отличаются от мыслей правительства. То есть они-то, может, и отличаются по форме, но содержание у них одно. Обобщая, можно представить эту точку зрения так. Наша страна видится как некая пустыня, в которой ничего не растет. Но тут все-таки кто-то живет и этот кто-то живет следующим образом: он потребляет в долг за счет иностранных кредитов. Поэтому все предложения сводятся к тому, как ограничить потребление, уменьшить зависимость от кредитов, выплатить эти кредиты вовремя... Между тем, очевидно, что единственно здравые предложения лежали бы в плоскости того, как из пустыни сделать сад. И вот что самое удивительное! Таких предложений нет, ибо их авторам хорошо известно о Факторе Х и о том, что он никогда не даст сделать сад из пустыни. Авторы, уверен, даже не задумываются об этом, поправка на Фактор Х делается ими сразу же, автоматически, неосознанно.

Это еще один повод для сеппуки. Или может посоветовать им повеситься?

В общем, дела наши действительно плохи. Плохи тем, что нынешняя политико-экономическая система абсолютно ни на что не годится, а новая пока еще не просматривается. Делать из пустыни сад тут даже в мыслях ни у кого нет. И меры американского правительства тоже надолго не спасут, то есть этот кризис – не последний. В мире пока не существует структур, адекватных новой экономической ситуации – глобализации экономики. Так что хлопать в ладоши над ухом будут и еще не раз. Как поведут себя наши пугливые субъекты рынка? Не хватит ли их инфаркт? Не дадут ли они деру в места поспокойнее? Кто знает…

Ах да, чуть не забыл. О ценах на жулье... Их определяют три простых фактора. Фактор первый – замораживание первичного рынка (не строим больше с перепугу) Это – рост цен. Второй фактор – снижение спроса (опять же, с перепугу и от того, что денег нет, но это тоже больше с перепугу). Это – снижение. Третий фактор – Фактор Х. Украина – страна одного города и он называется Киев. Ну, как в Африке это бывает. Схема жизнедеятельности "успешных людей" здесь такова: украл на родине – поехал жить в столицу. Это – опять рост. Вот такие вот факторы.

Владимир Золоторев, Киев

Версия для печати