Максим Павленко: Китай начинает использовать свой политический вес

Ситуация в мировой экономике и на мировом финансовом рынке стали основными темами саммита Группы двадцати, который состоялся в американском городе Питсбург с 24 по 25 сентября. Самый серьезный спад с момента окончания второй мировой войны уже позади, однако, в перспективе еще предстоят большие трудности, отмечают эксперты. Пока же наиболее обнадеживающую динамику показывают "азиатские драконы". О феномене Китая мы поговорим с руководителем информационно-издательской группы "Восточная проекция" Максимом Павленко.
Китай неоднократно демонстрировал большую прагматичность и гибкость, чем другие трансформирующиеся страны.
Знаете, один западный политик как-то заметил, что "Китай – это не только другая страна, это другая планета, на которой обитают существа, мотивы и поступки которых подчиняются железной многотысячелетней логике". На сегодняшний день в мире, пожалуй, нет ни одной страны, которая игнорировала бы силы Китая. Уже сейчас он начинает использовать свой политический вес, а в перспективе будет играть еще более важную роль в мире.
Даже противники Поднебесной признают, что за тридцать лет с начала проведения политики реформ страна добилась поразительных успехов и стала примером того как надо осуществлять грамотный переход к рыночной экономике.
Дело в том, что Китай сосредоточил внимание на "новой экономике", а не на разбазаривании ресурсов в ходе приватизации "старой", стимулировал развитие новых предприятий на всех уровнях - от национального до поселкового. Решительность, а также способность к инновациям позволили китайскому руководству добиться продолжительных и глубоких изменений практически во всех областях. К тому же, китайские лидеры не являлись приверженцами "страусиной политики". Все проблемы и вызовы открыто обсуждались на самом высоком уровне, оперативно разрабатывались и принимались правительственные программы для решения этих проблем. Нерадивых исполнителей решительно отстраняли от должностей и привлекали к судебной ответственности.
В чем заключается сегодня главное преимущество китайской экономики?
В низкой стоимости трудовых сил и индустриальной эффективности. Надо отметить, что Китай сумел стать важным звеном в производственной цепи мировой экономики. До начала кризиса страна поддерживала высокий экономический рост на уровне 10% в год. Объем иностранных инвестиций в Китай в минувшем году увеличился на 30 процентов и составил 108 миллиардов долларов.
Какой антикризисный план реализует китайское руководство в условиях мирового экономического кризиса?
Речь идет о десяти государственных программах, на которые выделено 4 триллиона юаней (около 590 миллиардов долларов). Среди приоритетов: строительство автомобильных и железных дорог, возведение недорогого жилья, инвестиции в сельское хозяйство, внедрение современных технологий на предприятиях. Отдельно надо отметить пакет мер, направленных на фискальное стимулирование экономики: снижение НДС, налоговой нагрузки на малый и средний бизнес.
Многие эксперты в Европе и Америке считают, что именно Китай как напрямую, так и косвенно будет способствовать оздоровлению мировой экономики.
В американском еженедельнике "Таймс" недавно даже была опубликована статья "Сможет ли Китай спасти весь мир", сопровождающаяся иллюстрацией, на которой большая панда накачивает спущенный земной шар. Сегодня Китай и мировая экономика очень тесно взаимодействуют друг с другом. В этом случае Китай, естественно, стремится быть ответственной страной. С одной стороны, ему предстоит наладить внутреннюю экономику, с другой стороны, при возможных условиях помочь другим странам и регионам наладить их экономику. Например, Китай уже обнародовал шесть инициатив по оказанию помощи развивающимся странам в сфере сельского хозяйства, продовольствия, образования и подготовки кадров, здравоохранения, чистой энергетики, списания задолженности, введения нулевых ставок таможенных пошлин.
Кстати, еще один важный штрих - кризис вызвал настоящий бум китайского языка. То есть, люди по всему миру желают изучать китайский язык, потому, что они оптимистично смотрят на перспективы Китая.
Также, эксперты отмечают, что Китай все чаще играет определяющую роль в политике Восточной Азии?
Это так. В частности, через многонациональные организации. Кроме того, в странах Юго-Восточной Азии все большим влиянием пользуются выходцы из Китая.
Во многих уголках мира появились китайские диаспоры которые владеют там собственностью и играют определенную экономическую роль. Каковы главные цели этой мягкой экспансии?
Для Китая по-прежнему особо важной является задача доступа к новейшим технологиям. Вот на получение доступа к новейшим технологиям как раз и ориентированы многие компании, владельцами которых являются этнические китайцы.
"Китайская угроза" - реальность или стереотип прошлого?
Это скорее миф, чем реальность. Правда, миф очень популярный у части политического истэблишмента США и России. В частности, недавно в одном российском сетевом журнале ChinaPRO я прочитал, что в Китае модель "мудрой обезьяны", взирающей с горы на битву двух "тигров" - двух сверхдержав ХХ века США и СССР, ныне заменена на модель "Всесильного Дракона". Дракона, который спал предыдущие девять поколений, проснулся в 2008 г., взлетит в 2012 г. и в блеске величия совокупной мощи культуры, политики, экономики, военной силы, дипломатии и разведки к 2019 г. станет главным центром силы постиндустриального человечества.
Наш мир не знает другой цивилизации, которая отличалась бы такой же устойчивостью ко всем потрясавшим ее кризисам и выходила бы из них, говоря словами современного китайского поэта, "обновленной, но прежней". В чем же заключается секрет этого поразительного долголетия?
Я думаю, в верности духовной традиции, которая проявляется в Китае во всем, и которая во многом до сих пор определяет китайский взгляд на мир.
Ирина Делюсто, Киев