Три фактора определяют на сегодня украинский политический ландшафт. Первый – угроза новых досрочных выборов, возможно, только парламентских, а, возможно, и президентских тоже. Второй – угроза референдума или плебисцита – такое новое слово, введенное в лексикон отечественного политикума. Третий – угроза принятия новой Конституции или ее новой редакции, кстати, тоже, возможно, путем референдума.

"Парламентаризм в Украине разложился". Эти слова Виктора Мусияки, сказанные в интервью вашему покорному слуге, как нельзя лучше характеризуют сложившуюся ситуацию. Если до 2006 года Верховная Рада, как бы ее не характеризовали, была важным центром политической жизни, точнее существовал негласный "договор" элит, признававших такой особый статус парламента. Но это на сегодня практически не работает и теряет остатки и без того невысокого авторитета среди населения. А все потому, что вдруг пришло осознание, а парламент то в таком виде даже и не нужен. "Отсутствие работы парламента не влияет на качество работы правительства", - заявил бютовец Андрей Шкиль и был прав.

В любых нестабильных обществах парламент всегда играл двоякую роль. При наличии желания соперничающих группировок, парламент выполняет роль места, где ищут (и находят) некий компромисс. При отсутствии такого желания парламент начинает мешать либо поиску компромисса в других формах, либо установлению доминирующей роли одной группировки над другими. В последнем случае от представительного органа на время избавляются, а потом уже создают заново, под новые реалии и задачи – для придания формальной легитимности правящему режиму.

Наиболее хрестоматийный пример – события 1958 года во Франции, когда Шарль де Голль свою личную антипатию к парламентаризму сумел перевести в политическую реальность. Генерал, конечно, не посягал на парламентаризм как таковой, но в Конституции V Республики полномочия законодательной власти были резко ограничены, а время ее работы четко регламентировано несколькими месяцами в году. Более того, в новом Национальном собрании вместо горстки верных голлистов оказалась мощная фракция. Между прочим, всех новоизбранных депутатов тогда заставили подписать обязательство четко следовать линии де Голля, а в противном случае – отказаться от мандата.

На фоне кризиса и фактического краха украинского парламентаризма (в том виде, как он сложился после 1990 года) вполне естественным выглядит обращение к другому "легитимизирующему" механизму – народному голосованию или референдуму. Разговоры о всевозможных референдумах идут с нарастающей силой уже около трех лет. И это несмотря на то, что всего два опыта обращения к механизму прямой демократии, которые знала наша история, едва ли можно назвать удачными. Референдум в марте 1991 года вместо того, чтобы сохранить Советский Союз в конечном счете всего через несколько месяцев привел к его распаду. А референдум 2000 года, в ходе которого, по крайней мере официально, подавляющее большинство граждан высказалось за ослабление роли Верховной Рады в политической жизни, так и остался всего лишь опросом, чьи результаты оспариваются.

В обществе референдум (так сложилось) играет опять же двоякую роль. В классической форме это механизм приспособления общинной прямой демократии (в виде общего собрания граждан) к реалиям более крупного политического образования. В таком виде референдум существует в Швейцарии, Латвии или даже в Италии. Другой вариант референдума – это обращение высшей власти к народу за поддержкой с целью придания решениям этой высшей власти легитимного характера, как правило, в обход представительного органа. Первый такой опыт провел Наполеон Бонапарт в 1799 году и с тех пор он тиражируется повсеместно. Интересно, что первоначально само слово "референдум" не использовалось, этот политический акт предпочитали называть "плебисцитом".

Латинский термин "плебисцит" в одночасье вошел в обращение с "легкого языка" главы президентского Секретариата Виктора Балоги, который на самом деле предложил провести совещательный опрос об отношении населения к НАТО и ЕС. Предполагается, что окончательное решение будет приниматься уже референдумом. Впрочем, все это не более чем игра слов. Изначально форма плебисцита (референдума) в любом случае предполагала, что народ принимает (или освящает) окончательное высшее решение. Только в XX веке распространение получили разные консультативные формы – проводимые на государственном (или местном) уровне опросы для выяснения мнения населения по тому или иному важному вопросу.

В Украине как бы идет борьба, какой вариант референдума стоит нашей стране привить. Когда коммунисты или "регионалы" говорят о референдуме по НАТО или статусе русского языка, то фактически они предлагают реализовать первый вариант. Нынешняя власть в лице президента Виктора Ющенко и его "двора", когда говорит о необходимости принятия новой Конституции референдумом, явно имеет ввиду второй. Как в той же Франции 1958 года. Тогда Конституцию разработала небольшая группа экспертов (даже не политиков), проект утвердило правительство де Голля, и он сразу же был вынесен на референдум.

Практически идея принятия новой Конституции, да еще в форме референдума, означает стремление одной группировки элиты обеспечить свое господствующее положение в условиях, когда прежние механизмы обеспечения господства или нахождения компромисса в форме парламента, практически перестали функционировать (или их привели к состоянию, когда они функционировать не могут). Совершенно естественно, что такая Конституция неизбежно должна обеспечить концентрацию власти в одних руках – представителя этой группировки (фамилия не имеет большого значения), который как бы заранее имеет некое условное право обратиться за освящением своей власти к народу.

Также очевидно, что такой документ не стоит делать слишком объемным. Важно лишь изложить общие принципы организации новой системы власти. "Пишите коротко и непонятно" напутствовал юристов Наполеон Бонапарт. Впрочем, он был неправ. Короткий и "непонятный" текст конституции 1799 года был вполне понятен – власть концентрировалась в одних руках. Этот факт, который уже стал на тот момент реальностью, и освятила конституция.

Посмею предложить нашим президентским юристам такой вариант Конституции Украины. Текст короткий, но всеобъемлющий. И главное – полностью достигает целой серии поставленных целей.

КОНСТИТУЦІЯ УКРАЇНИ

Стаття 1. Український народ, як безумовний носій верховної влади, вручає її на десять років, з часу набуття чинності цією Конституцією, Президентові України Вікторові Андрійовичу Ющенку, який був обраний українським народом 26 грудня 2004 року і нині перебуває на посаді.

Стаття 2. Український народ присвоює Президентові України почесний титул: "Його Світлість Ясновельможний Пан Президент".

Стаття 3. Президент України уповноважений встановлювати законодавство, необхідне для організації політичного, економічного і соціального життя українського народу, або передавати це право виборним органам, які можуть бути утворені на підставі цього законодавства, і забезпечувати його виконання.

Стаття 4. Конституція визнає, підтверджує і гарантує основні права людини, як вони викладені у Загальній Декларації прав людини 1948 року, Європейськый Конвенції із захисту прав людини і основних свобод 1950 року, інших, ратифікованих Україною, договорах і конвенціях щодо прав людини.

Стаття 5. Український народ оголошує про своє прагнення бути членом Європейського Союзу і погоджується на передання його інститутам необхідних повноважень, а також погоджується на обмеження своєї верховної влади з метою спільної з іншими націями участі у захисті миру.

Стаття 6. Конституція набуває чинності з часу її затвердження на всеукраїнському референдумі голосами більш як половини громадян України, що візьмуть у ньому участь, за умови, що у референдумі візьме участь більше половини громадян, внесених до списків виборців.

Разумеется (для тех, кто не понял) в этом тексте есть доля шутки. Но только доля. Власть и государство не терпят пустоты. Кто-то или что-то ее должны заполнить. А времени для этого не так уж много.

Владимир Лукин, Киев

Версия для печати